Тысячи молодых мужчин из стран Африки становятся жертвами схемы вербовки, в рамках которой им обещают гражданскую работу в России, а затем принуждают воевать на фронте в Украине. По данным расследования, только в Кении спецслужбы выявили около тысячи таких случаев, причём вернуться живыми удалось лишь тридцати. Вербовка ведётся через подставные компании, которые маскируются под турагентства или кадровые агентства и публикуют объявления в WhatsApp и Telegram.
Жертвами обмана становятся безработные молодые люди, которых привлекает перспектива заработка за рубежом. После прибытия в Россию их заставляют подписывать контракты на русском языке, содержание которого они не понимают. Отказ грозит либо принудительной отправкой на фронт, либо требованием возместить расходы на перелёт, что для большинства невозможно.
Обещания мирной работы оборачиваются службой в армии
Одна из самых громких историй — судьба 32-летнего кенийца Джеймса Камау Ндунгу. Он рассказал друзьям, что едет в Россию на заработки подёнщиком, но уже через несколько недель прислал фото в военной форме с оружием. В августе он написал, что находится в окопах в Украине, и попросил молиться за него. С тех пор связи с ним нет. Его мать на поминальной службе в марте вопрошала: «Почему Россия забрала моего сына?»
Похожая участь постигла Винсента Одиамбо Авити. Он встретил вербовщика на улице в Найроби, который пообещал работу в магазине. Вместе с четырьмя другими мужчинами он вылетел в Санкт-Петербург 14 июля. По прибытии их заставили подписать контракт с российской армией, угрожая, что иначе они не вернутся домой, пока не оплатят дорогу. После короткой подготовки под Шебекино Авити отправили под Волчанск — в зону интенсивных боёв. Он вспоминает, что командира отряда убили сразу, а трупы на поле боя плавали в реке «как кувшинки». Сам Авити был ранен дроном, но сумел добраться до посольства Кении в Москве и вернуться на родину.
Масштаб вербовки: от Ботсваны до Камеруна
Проблема затронула как минимум девять африканских государств. Власти Кении в феврале предъявили обвинения мужчине, который завербовал 22 граждан. Президент ЮАР Сирил Рамафоса лично обсуждал с Владимиром Путиным случаи вербовки южноафриканцев — спустя неделю 17 человек вернулись с фронта. В Ботсване министр иностранных дел сообщил о 16 гражданах, которых пытались завербовать под видом работы в охране. Камерун подтвердил гибель 16 своих граждан в Украине, Гана — около 55.
Вербовочные сети нередко опираются на личные связи. Например, нигериец Форчун Чимени Амаевуле, владелец турагентства, открыто публиковал в Facebook объявления о найме водителей, поваров и логистов для российской армии с обещанием автоматического гражданства и бонусов до 30 тысяч долларов. Он отрицает, что отправлял клиентов на военную подготовку. Другим связующим звеном выступают случайные знакомства в соцсетях — так, жительница Танзании по имени Ньярива рассказывала, что за каждого завербованного через неё мужчину она получала от 150 до 1000 долларов.
Позиция России и реакция международного сообщества
Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров в марте признал, что иностранцы участвуют в «специальной военной операции», но заявил, что правительство никого не принуждает. Пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков через пресс-службу сообщил, что Кремлю неизвестны случаи обмана африканцев. Посол Украины в ЮАР Александр Щерба обвинил Россию в бесчеловечном отношении к африканцам, которые просто ищут заработок.
Кенийский сенатор Окойти Эндрю Омтатах образно описал ситуацию: «Если бы сегодня в Момбасе пришвартовался невольничий корабль с надписью “Требуются рабы на Запад”, на нём не осталось бы свободного места». В Кении ужесточили проверки при вылете молодых мужчин, чтобы пресечь дальнейшую вербовку.
Травмы и разбитые жизни
Выживший Винсент Одиамбо Авити сейчас без работы, денег и с тяжёлой психологической травмой. Он показывает фотографии ран, в которых завелись личинки. По его словам, он бежал с фронта вместе с российским дезертиром, который прострелил себе ногу, чтобы его комиссовали. Сам Авити попал в госпиталь в Белгороде, потом в Москве, но врачи сказали, что после выздоровления его снова отправят на передовую. Ему удалось вырваться в посольство. Теперь он говорит: «Лучше быть здесь. Здесь у тебя много свободы. Я воевал за Россию, носил российскую форму, но эта война не была моей».
По оценкам исследований, российская армия теряет убитыми и ранеными не менее 25 тысяч человек в месяц. Столь высокие потери вынуждают искать пополнение любыми способами — от вербовки заключённых до обмана иностранцев. Для жителей Африки, где колоссальная молодёжная безработица, обещание 3 тысяч долларов в месяц и гражданства становится роковой приманкой.
Кгоси Пелекекае из Ботсваны повезло больше: после попытки вербовки российские медики обнаружили у него проблемы с сердцем, и он не попал на фронт. Он сбежал из лагеря и вернулся домой с помощью дипломата. Однако такие истории — скорее исключение. Семьи многих завербованных до сих пор не знают, живы ли их сыновья.
